windfall tax

Первый зампред правления ВТБ Дмитрий Пьянов предупредил: введение налога на сверхприбыль заставит банки меньше кредитовать экономику, что снизит кредитный импульс. По его словам, дополнительную нагрузку уже создаёт рост базельских надбавок в 2027–2028 годах (пиковые ежегодные повышения — 0,75% и 1,25%).

Пьянов отметил, что разработка инициативы идёт внутри Минфина без привлечения отраслей. Он также раскритиковал оценки отдельных аналитиков, которые делали выводы о размере налога для банков лишь на основе данных МСФО, не учитывая нюансы налоговых деклараций. Опыт 2023 года, добавил он, показывает: между первыми анонсами налога и появлением проекта документа может пройти до трёх месяцев.

Источник

• возобновление покупок валюты Минфином РФ должно сдержать дальнейшее укрепление рубля
• указал на жалобы порядка половины предприятий на неплатежи со стороны крупных заказчиков
• обсуждаемый налог на сверхприбыль должен быть рассчитан по понятной и убедительной формуле
• восстановление инвестиционной активности возможно при ключевой ставке ниже 10%

👀 Я сейчас внимательно слежу за одной темой, которая может незаметно, но сильно повлиять на рынок — налог на сверхприбыль.

Пока официально его нет. Но сам факт, что Минфин начал разбирать отчетности компаний за 2025 год, — уже сигнал. Не обсуждение в теории, а переход к цифрам. А значит, вопрос становится практическим.

💭 Логика проста: государство ищет дополнительные источники дохода. И если где-то есть «лишняя» прибыль — к ней обязательно придут.

Сейчас Минфин только на стадии анализа. Отчетность пришла в конце марта, её агрегируют, смотрят, есть ли реальная сверхдоходность. Без этого вводить налог бессмысленно — база должна быть обоснована. Но параллельно уже обсуждается потенциальная модель: ставка около 20% с прибыли, которая превышает уровень 2018–2019 годов.

Фактически это повторение механики 2023 года, только с более жёсткими параметрами.

Напомню, тогда ставка была 10%, а при досрочной уплате — 5%. В бюджет в итоге собрали около 320 млрд рублей. То есть инструмент уже протестирован и показал эффективность. Для государства — это быстрые деньги без долгих реформ.

Недавно я рассказывала об инициативе ввести налог на сверхприбыль по итогам 2025 года. Понятно, что далеко не все отрасли получили эту самую сверхприбыль, многие находятся в очень затруднительном положении. Здесь в случае принятия такого решения одна из наиболее пострадавших отраслей будет банковский сектор.


Аналитики Т-Инвестиций посчитали, насколько может сократиться чистая прибыль компаний в случае принятия такого решения:

Общая нагрузка на публичные банки может составить около 270 млрд руб. Это около 10% прогнозируемой чистой прибыли за 2026 год или примерно 3% от текущей капитализации.

Под ударом в основном те банки, которые значительно нарастили прибыль после 2018-2019 годов: Сбер, ВТБ, Совкомбанк, БСПБ, ДОМ.РФ, МТС Банк. Всё дело в том, как определяется сверхприбыль.

Налог предлагается рассчитывать с суммы превышения прибыли, полученной компанией в прошлом году, над средней прибылью в 2018–2019 гг.

Интерфакс пишет о том, что власти вновь обсуждают налог на сверхприбыль для крупного бизнеса. Разберемся, что это за налог, кто из эмитентов на Мосбирже под него попадет, и сколько рискуют заплатить.

Что такое windfall tax

Налог на сверхприбыль, он же windfall tax (от англ. «налог на доходы, принесенные ветром») — это налог, который взимается с компаний, получивших прибыль в результате благоприятной экономической конъюнктуры, а не в результате развития бизнеса и инвестиций. 

Впервые такой налог появился еще в период первой мировой в США. Тогда доходы сталелитейных компаний вроде US Steel и DuPont выросли в десятки раз из-за военных заказов. В результате власти ввели «war excess profits tax» (налог на сверхприбыль от военных усилий). Он составлял до 9 процентов доходов от вложенного капитала и облагал налогом всю прибыль сверх этого уровня по ставкам от 20 до 60 процентов. 

Из современной практики windfall tax вводили страны ЕС и Великобритания в 2022 году из-за энергетического кризиса.